Канада стала заметно «мужской» из-за иммиграции, а власти называют программу сбалансированной
С 2016 года соотношение полов в Канаде сдвинулось в пользу мужчин из-за временных работников и студентов, а правительство Карни, по мнению колумниста, этого не учитывает: в 2027 году 200 000 временных резидентов получат постоянный статус.

Сабрина Маддо, колумнист и аналитик из Торонто, пишет в National Post, что федеральные либералы строили свой политический бренд на равенстве, но не заметили, как из-за их иммиграционной политики изменился гендерный состав населения.
Десятилетиями до 2016 года на 100 женщин приходилось 98–98,5 мужчины, то есть женщин было чуть больше. С тех пор картина изменилась. В 2024 году число взрослых мужчин в стране выросло на 3,4%, женщин — на 2,9%. По данным Bloomberg, на которые ссылается экономист BMO Дуг Портер, такого разрыва не было почти 50 лет. Сильнее всего он заметен среди молодых. В январе 2024 года мужчин 25–44 лет было больше, чем женщин, на 141 000, а среди людей в двадцать с небольшим — более чем на 250 000.
Причина, по словам Маддо, не в том, что стало рождаться больше мальчиков. Резко выросло число временных иностранных работников и иностранных студентов, и среди них преобладают мужчины. Statistics Canada в 2024 году сообщала, что среди временных резидентов на 100 женщин приходится от 126,6 до 133,1 мужчины. Только в программе временных иностранных работников мужчины составляют 58%. Сильнее всего это ощущается там, где принимают больше всего временных резидентов: в Виндзоре на 100 женщин 25–44 лет приходится 127 мужчин, похожий скачок видят Китченер-Уотерлу и Садбери.
Дело не в арифметике, считает колумнист, а в последствиях мужского «излишка». Молодые мужчины конкурируют за работу при исторически высокой безработице (если не считать пандемийные годы). Многие, как пишет Маддо, не найдут партнёршу, не создадут семью. Одиноких и безработных молодых мужчин она называет «рецептом проблем»: одиночество и бесцельность перерастают в обиду, затем в злость и радикализацию, растёт преступность, а за ней политическая нестабильность. При этом молодые мужчины в Канаде и без того сообщают об ухудшении психического здоровья, тревожных и аффективных расстройствах и риске зависимостей.
Раньше можно было надеяться, что баланс восстановится сам: визы закончатся, и лишние мужчины уедут. Но они остаются. Правительству Марка Карни пришлось сдвинуть на год срок, к которому доля временных резидентов должна снизиться до 5% населения. Более того, в 2027 году оно переведёт 200 000 временных резидентов в постоянные, сверх обычной цели в 380 000 постоянных резидентов, в которую и так войдёт часть бывших временных. Это, по мнению Маддо, закрепит гендерный перекос надолго. Правительство же, несмотря на данные, считает программу временных работников «в целом гендерно сбалансированной».
Либералы обещали вернуть Канаде устойчивый рост, а для этого иммиграционную политику нужно анализировать глубже, чем верхнеуровневые цифры. Страна приняла больше людей, чем могла обеспечить жильём и работой, и при этом сдвинула ключевые демографические пропорции, не задавшись вопросом о последствиях. Игнорировать и тем более закреплять такой разрыв, заключает Маддо, — тревожный знак: проблемы иммиграционной политики Канады ещё ближе к началу, чем к концу.
Источник: National Post →
Maple Barrel пересказывает и сокращает публикацию по-русски, сохраняя ссылку на оригинал.