Проблема с тем, как Квебек решает, кто получает услуги на английском

Почти полвека назад Квебек создал юридическую категорию, определяющую, кто может учиться в англоязычных школах. Сегодня этот же критерий стал одним из главных инструментов для определения того, кто имеет право на государственные услуги на английском языке.

Но исследователи, конституционные юристы и защитники языковых прав утверждают, что право на обучение в английской школе вовсе не обязательно указывает на то, что человек говорит по-английски, нуждается в услугах на английском или принадлежит к англоязычному сообществу Квебека.

«Во-первых, это расплывчато, а во-вторых, это невозможно толком применить на практике», - сказал Майкл Бергман, конституционный юрист, участвовавший в нескольких судебных процессах по квебекским языковым законам.

«Это плохо соотносится с тем, кому реально нужны услуги на английском и кто на самом деле составляет англоязычное сообщество», - добавил историк Патрик Донован из Исследовательской сети англоязычных сообществ Квебека.

Вопрос вновь всплыл в прошлом месяце, когда организация «Élections Québec» назвала право на обучение в английской школе одним из критериев получения услуг, связанных с выборами, на английском языке.

Этот скандал возродил дискуссию, которая не утихает со времени принятия закона 96 в 2022 году: должен ли юридический тест, созданный для доступа в английские школы, определять также и то, кто получает государственные услуги на английском.

Категория школьных прав

Квебек установил правила допуска к начальному и среднему образованию на английском в 1977 году через Хартию французского языка, более известную как закон 101.

Система была задумана так, чтобы доступ к английским школам имели главным образом дети родителей, которые сами учились в английских школах в Канаде, тогда как большинству детей иммигрантов предписывалось учиться на французском.

Десятилетиями этот тест применялся исключительно для определения доступа к начальному и среднему образованию на английском.

Это изменилось в 2022 году.

Через закон 96 правительство Коалиции авенир Квебек внесло поправки в Хартию, ограничив доступ к государственным услугам на английском определёнными категориями квебекцев. Среди них - люди, «признанные имеющими право на обучение на английском».

Уведомление на сайтах правительства Квебека гласит, что англоязычный контент предназначен только для определённых групп, включая тех, кто «признан имеющим право на обучение на английском и кому выдан сертификат о праве на обучение на английском».

Эти ограничения - часть усилий Квебека по обеспечению того, чтобы правительство было «образцовым» в использовании французского, при этом сохраняя большинство услуг на английском для того, что оно называет исторически сложившимся англоязычным сообществом.

Общаясь с иммигрантами на французском, утверждала Коалиция авенир Квебек, провинция подчёркивает, что французский - «официальный и общий язык» провинции.

Но Бергман настаивает, что правительство переориентировало категорию, созданную для образовательных прав, на совершенно иную цель.

«Закону 96 нужно было придумать, как ограничить доступ к государственным услугам на английском языке, - сказал Бергман, который возглавляет конституционный иск «Целевой группы по языковой политике» против закона 96. - И они придумали этот довольно запутанный, сложный и местами нелогичный механизм».

Почему, по мнению критиков, это мимо цели

Когда принимался закон 96, Квебек утверждал, что право на английское школьное образование даёт объективное юридическое определение исторических англофонов, не полагаясь на самоидентификацию.

На слушаниях министр юстиции Квебека Симон Жолен-Барретт заявил, что требование о праве на английское образование относится к людям, у которых уже есть «приобретённые права».

Критики же утверждают, что право на школьное обучение измеряет конституционные права в сфере образования, а не языковые потребности.

«Право на школьное обучение - это ориентир для образовательной политики, но он плохо переносится на другие услуги», - сказал Донован.

«Это своего рода бюрократическая категория школьных прав, выдающая себя за категорию идентичности».

В исследовательской записке, опубликованной в прошлом году, Донован обнаружил, что многие люди, имеющие право на обучение в английской школе, не соответствуют тому, что большинство людей назвало бы англофонами.

Он установил, что у 52 процентов правообладателей младше 18 лет английский не был родным языком в 2021 году, а 37 процентов не говорили на английском дома.

За пределами Монреаля, по данным провинциальной статистики, у 36 процентов обладателей сертификатов родным языком был французский.

Квебекцы, учившиеся в английских школах, могут передавать это право своим детям независимо от того, на каком языке говорят дома. Это позволяет детям некоторых франкоязычных родителей и двуязычных пар учиться на английском.

В результате, отметил Донован, люди, обладающие правами на английское школьное обучение, вовсе не обязательно являются теми, кто больше всего нуждается в государственных услугах на английском.

«Называть этих людей "историческими англофонами" - это заблуждение».

Повторяющийся спор

Практические трудности применения этого теста возникали неоднократно с момента принятия закона 96.

В 2024 году Квебек выпустил директиву в сфере здравоохранения, которую многие истолковали как требование подтверждать право на английское школьное образование для получения медицинских услуг исключительно на английском.

Этот шаг вызвал волну критики. Позже Национальное собрание единогласно приняло постановление, подтверждающее, что англоговорящим не нужно будет предъявлять сертификаты о праве на обучение для получения медицинской помощи на английском.

Сегодня Квебек заявляет, что полагается на систему заявлений, сделанных добросовестно.

Людей, обращающихся за услугами на английском, просят подтвердить, что они относятся к одной из допустимых категорий. Тот же принцип применяется к посетителям англоязычных страниц государственных сайтов.

«Коалиция авенир Квебек придумала эту почти монти-пайтоновскую, кафкианскую идею: если вы добросовестно и честно заявили, что имеете право, они это примут», - сказал Бергман.

На фоне нынешней предвыборной кампании организация «Élections Québec» сначала разослала информацию о выборах только на французском и проинструктировала работников избирательных участков, что услуги на английском зарезервированы для коренных избирателей и тех, кто имеет право на обучение в английской школе.

Англоязычные группы заявили, что эта политика рискует лишить некоторых англоговорящих важной информации о выборах.

Рассылка материалов о выборах только на французском означала бы, что «англоговорящие избиратели без владения письменным французским или с ограниченным его знанием» могут не понять, «где, когда, как и за кого голосовать», говорится в судебном иске с требованием отменить эту политику.

Впоследствии суд обязал «Élections Québec» подготовить одну двуязычную рассылку, при этом судья сослался на доказательства того, что «значительное число пожилых англофонов окажутся не в состоянии воспользоваться своим правом голоса из-за отсутствия понятной им информации».

Проблема сертификата

Критики говорят, что проблемы выходят за рамки того, кого именно определяет эта категория. Они также ставят под вопрос то, как система работает на практике.

Не у всех, кто имел право учиться в английской школе, фактически есть сертификат.

Сертификаты о праве на обучение появились, когда в 1977 году вступил в силу закон 101.

«У многих людей такого документа нет - либо потому, что они учились в школе до того, как начали выдавать подобные документы, либо потому, что они учились в школе в остальной части Канады», - сказал Бергман.

У других сертификатов может не быть, потому что они учились во французских школах, хотя имели право на обучение в английских.

Ситуацию усложняет и то, что Министерство образования Квебека заявляет: сертификаты существуют для конкретной цели - предоставления доступа к обучению в английской школе.

После того как человек закончил среднюю школу, по заявлению министерства, заявки на получение подтверждения о праве отклоняются, поскольку система была создана для предоставления доступа к английскому школьному образованию, а не для признания постоянного статуса.

«Декларация о праве предназначена для того, чтобы разрешить или подтвердить доступ к начальному или среднему образованию на английском языке, - заявила представитель Министерства образования Эстер Шуинар. - Она не предназначена для того, чтобы задним числом признавать статус после того, как образовательный путь ученика уже завершён».

Может ли когда-нибудь потребоваться доказательство?

Пока что Квебек принимает заявления на доверии.

Но некоторые квебекские англофоны опасаются, что будущие правительства могут ужесточить правила.

Примечание на англоязычных страницах государственных сайтов гласит, что «подтверждающий документ в настоящее время не требуется», если посетители заявляют, что имеют право на услуги на языке, отличном от французского.

Бергман отмечает, что система доверия не закреплена в самом законе 96.

«Это правительство в качестве политики говорит: мы это примем, но правительство может это изменить, - сказал он. - Это может быть изменено в любой момент».

Ева Людвиг из правозащитной группы англофонов TALQ заявила, что такая формулировка оставляет дверь открытой для более жёстких требований в будущем.

«Это зависит от правительства, зависит от его политики, зависит от того, кто у власти», - сказала она.

«Многие люди считают, что это стало бы навязыванием, что это было бы недемократично. В демократическом обществе не ходят с удостоверением личности, чтобы получить государственные услуги».

Сертификат, который может понадобиться позже, но который нельзя получить позже

В январе квебекские англоязычные школьные советы призвали англофонных родителей, выбравших для своих детей французскую школьную систему, всё же оформить сертификаты о праве на обучение в английской школе.

Причина: эти сертификаты могут понадобиться однажды.

Этот день может наступить, если Квебекская партия победит на выборах 5 октября и выполнит своё обещание распространить действие закона 101 на английские колледжи (CEGEP). Партия пока не объяснила, как Квебек будет определять, кто сможет поступать в англоязычные колледжи. Сертификаты о праве на обучение могут стать одним из вариантов.

Поскольку в Квебеке действуют строгие правила относительно того, когда можно выдавать такие документы, это может создать проблему для некоторых учеников, которые в принципе имели право на обучение на английском, но учились во французских школах и никогда не подавали заявку на сертификат.

Министерство образования заявляет, что, поскольку декларации о праве существуют только для разрешения или подтверждения доступа к начальному и среднему образованию на английском, «любая заявка будет отклонена» после завершения соответствующего обучения.

По данным министерства, такая практика действует с момента принятия закона 101 в 1977 году.